Ребе опередил Моссад

Натан Авраам Свободный перевод: Люба Перлова
29.08.2012 | 2751 | (6)
Ребе опередил Моссад
Эрэз Мей-Раз

Рассказывает Эрэз Мей-Раз — представитель израильской организации «Натив», отдела Моссада (ведомства разведки и особых заданий). «Натив» — бюро по связям, занималось подпольной деятельностью с целью налаживания контактов с евреями за «железным занавесом».

— Ребе был на шаг впереди спецслужб Моссада. Направляясь в различные города СССР, мы полагали, что окажемся там первыми. Часто бывало, что к нашему удивлению, в этих местах уже действовали эмиссары Ребе, которые исправно исполняли его посланничество. Они укрепляли и поддерживали местное еврейство, открывали новые еврейские учреждения. В то время, на фоне нависшей опасности и страха, в любой момент можно было услышать тот самый стук в дверь, который предвещал арест и ссылку в Сибирь. Однако, эмиссары Ребе, казалось, не знали страха.

Задание: внедриться в СССР

До сегодняшнего дня я не понимаю, почему Моссад избрал именно меня среди моих коллег офицеров. Может, потому что у меня был в добавок заграничный паспорт? Я отслужил в армии обороны Израиля, в бригаде «Нахаль». После демобилизации я получил приглашение присоединиться к Моссаду. Согласно моим убеждениям, я не мог не повиноваться! В армии такой закон: если тебе дают команду прыгнуть, ты прыгнешь, несмотря на связанные с этим опасности. Я даже не задумывался тогда о последствиях, и о том, был ли я готов подвергнуться такому риску. Так же, как когда-то, гордо вскинув голову, я шел на бой в Ливане, сидя в своем бронетранспортере, так же решительно я вошел в офис Моссада. Мной было получено спецзадание.

В мою задачу входило: внедриться в СССР, который на то время, в 1989 году, уже начинал распадаться, и организовать еврейские молодежные группы желающих совершить восхождение в Израиль. Мы должны были тайно встречаться с молодыми евреями, передавать им книги на иврите, религиозную литературу и предметы культа, и тем самым способствовать тому, чтобы они захотели уехать в Израиль. Мы встречались с ними на вокзалах и на явочных квартирах. Опасности подвергались как мы, так и они.

В начале 70-х коммунисты позволили небольшому количеству евреев покинуть СССР. К сожалению, многие из тех, кто покинули страну, иммигрировали в диаспору. Наша задача была в том, чтобы усилить желание евреев выбрать именно Землю Израиля местом своего жительства.

Чудо в аэропорту

На протяжении десятилетий, с тех пор, как «Натив» был создан, его агенты приезжали в Советский Союз через Финляндию и другие Скандинавские страны. В тот год, когда я ехал, руководство решило, что мне стоит приехать в Россию через Вену. Так как коммунистический режим уже показал трещину, не было необходимости чересчур перестраховываться, и на моем билете могло просто значиться Тель-Авив — Вена — Москва. Таким образом, русский таможенный контроль будет знать откуда я прибыл.

Мне полагалось вести себя открыто и просто, как будто мне нечего скрывать. В свою первую поездку, на моих плечах был огромный 60 килограммовый рюкзак, набитый еврейскими и религиозными книгами, а также множество видеокассет, в общем то, что было запрещено ввозить в СССР в то время.

Естественно, когда я подошел к контрольно пропускному пункту, таможенник в удивлении протер глаза. Меня решили задержать для более детальной проверки. Все содержимое рюкзака было выпотрошено, и, разумеется, крамола была обнаружена.

Таможенники вели себя, как будто они поймали контрабандиста с астрономическим количеством наркотиков. Они вытаскивали кассету за кассетой, книгу за книгой, о чем-то переговариваясь. За мной тянулась длинная очередь, люди с удивлением и потрясением смотрели на меня.

Через пару минут, которые показались мне вечностью, подошли два рослых солдата и попросили следовать за ними в одну из комнат. Офицер, обвешанный медалями, вошел в комнату и сразу начал на меня орать. Я говорю на идиш, немецком и английском, но русский я не знаю. Я не понимал ни одного слова из тех, что этот офицер выкрикивал.

Когда тот наконец-то понял, что я совершенно не понимаю что он от меня хочет, то переключился на английский, и спросил: для кого предназначены видеокассеты? Я рассказал офицеру, как и был инструктирован, что я еврей, и приехал в Россию с еврейскими сувенирами, чтобы оставить их в дар в первой синагоге, в которой окажусь.

Офицер был разъярен. Он бешено колотил по стальному столу кулаками, и приказал солдатам удалиться. На этом этапе мне стало понятно, что это конец. Вот так печально и неожиданно оборвалась моя короткая работа в качестве агента Моссада. Теперь мне предстоит один лишь путь, по этапу, в Сибирь, и на долгий срок.

Но вдруг, случилось нечто потрясающее, чему не нахожу объяснения по сей день. Офицер угрожающе ухватил меня за ворот рубашки, и приблизил свой рот вплотную к моему уху. Я почувствовал на себе его дыхание. Меня охватил озноб. С тяжелым русским акцентом, офицер шепнул мне на ухо: «Шма Исраэль, Ашем Элокейну Ашем Эхад». Затем он резко отшвырнул меня на расстояние.

На какой-то миг мне показалось, это была галлюцинация. Я смотрел на него, меня трясло от шока, а офицер, напротив, совершенно спокойно произнес: «В синагогу ему надо, видите-ли…»

Офицер приказал мне следовать за ним, и мы прошли вдвоем мимо всех контрольно пропускных пунктов аэропорта. Затем, он отпустил меня с миром. Я вышел из аэропорта, щипая себя в неверии: не сон ли это? Или он действительно еврей, или что-то случилось, что ведомо лишь Всевышнему. Ведь я был для них «жирной рыбешкой». До того как я вышел, офицер приказал солдатам вернуть все вещи обратно в рюкзак, который ранее они так небрежно распотрошили. Мои вещи оказались упакованы намного лучше, чем их упаковали в «Нативе»!

Эмиссар Ребе меня опередил

Понемногу развеявшись от событий в аэропорту, я сконцентрировался на своей миссии: приехать в Ленинград, найти синагогу, и оставить там свой «товар», который я привез. Из краткого инструктажа, я знал, что синагога существует, но что она собой представляет, и есть ли в ней прихожане, мне было неизвестно.

Синагога нашлась, я был расстроен увидев ее в таком запущенном состоянии. Паутина покрывала углы старого здания. Однако, синагога была действующей, и было открыто. В ней сидели двое пожилых евреев с белыми бородами, оба молились. На фоне всего,что произошло со мной в России, они казались мне ангелами. Я подошел к старикам и завел с ними беседу на идиш, стал спрашивать: сколько евреев приходит сюда, сколько молящихся евреев не посещают эту синагогу?

Старики были приветливы, и охотно отвечали. После короткого разговора, они указали на еще одного еврея сидящего невдалеке. Я развернулся и увидел комнату, которая когда-то предназначалась для изучения Торы. Там сидел молодой человек, который не выглядел местным. Пройдя мимо двух длинных скамей, что разделяли нас, я обратился к нему на идиш. Тот улыбнулся и сказал: «Я говорю на иврите». Я был захвачен врасплох: «Как, ты из Израиля? Что ты тут делаешь?!»

Он рассказал, что был послан в Ленинград Любавичским Ребе. Я пришел в замешательство: «Любавичский Ребе? Но ты совсем не выглядишь хасидом!»

Он сказал, что его зовут Ави Тауб, глава компании по шлифовке бриллиантов в Натании, и он приближён к ХАБАДу. В последние годы Ребе дал ряд заданий, которые Ави, со своим близким другом, раввином Довидом Нахшоном, должны были исполнить в Советском Союзе.

По указанию Ребе они, незадолго до моего приезда, организовали доставку необходимых элементов Пасхального Седера для евреев Ленинграда. Ави закупил большое количество мацы, изданий Агады, рыбу и другие необходимые вещи для Песаха. Он приехал за несколько дней до праздника, и передал все, что было им куплено, в руки хасидов ХАБАДа, которые занимались в Ленинграде еврейскими мероприятиями. Благодаря эмиссарам Ребе, множество евреев смогли провести кошерный и веселый Седер.

Я смотрел на него, и не переставал поражаться. «Вы и Ребе захватили этот город раньше, чем Моссад!, — сказал я. — Вы уже выполняете то задание, которое было поручено мне!»

Поддержите сайт www.moshiach.ru
Ошибка в тексте? Выделите ее и нажмите
Ctrl + Enter.
Эра Мошиаха » Действия Мошиаха (другие статьи):