Раввин Шнеур-Залман Горелик

26.10.2005 3757 (1)
Перевод: А. Брусиловская Составил: Давид Ротенбер
Раввин Шнеур-Залман Горелик
Раввин Шнеур-Залман Горелик

Разница между служкой и раввином

Рав Шнеур-Залман Горелик был раввином в одном из городков России. В то время был дефицит дров, и количество дров, предназначавшихся для нужд общины, было очень небольшим. Жители городка не знали, как использовать те дрова, которые были: или отапливать микву или синагогу?Раввин постановил: «Отапливайте микву!»

Пришел к нему синагогальный служка и пожаловался: «В синагоге холодно и невозможно молиться. Почему надо отапливать именно микву?»

Ответил ему раввин: «Послушай, мой друг — мы оба получаем зарплату от общины, но между нами есть разница: тебе платят, чтобы ты делал то, что тебе говорят. Мне платят за то, чтобы община делала то, что я скажу ей делать, и поэтому я сказал отапливать микве!»

Уважаемый раввин

Когда жители Кфар-Хабада приходили к р. Шнеур-Залману Горелику, чтобы спросить его вопрос, касающийся еврейского закона, раввин обычно вставал, доставал «Шулхан Арух» из шкафа, читал закон, и только после этого выносил решение.

Один раз спросил его один из его учеников: «Уважаемый раввин, ведь вы сведущи в „Шулхан Арухе“ и знаете его наизусть — почему же тогда вы каждый раз открываете книгу и смотрите в нее?»

Улыбнулся раввин и сказал: «Написано, что запрещено ученику выносить решение, если его учитель находится возле него. Если я вынесу решение наизусть, в то время, как „Шулхан Арух“ стоит в шкафу, то тогда, не дай Б-г, я могу нарушить это правило».

Молитва или гуси?

Один из жителей Кфар-Хабада зарабатывал себе на жизнь тем, что выращивал гусей. Однажды он пришел к раввину — р. Шнеур-Залману Горелику и спросил: «Подскажите мне, пожалуйста, что мне делать. Я занимаюсь разведением гусей, и в назначенный день я должен отвезти товар на фабрику очень ранним утром. Если я не поеду утром, то буду вынужден провести там весь день, что приведет к большому денежному убытку. С другой стороны, если я поеду рано утром — то не смогу помолиться молитву „Шахарит“ с миньяном и буду вынужден молиться только, когда вернусь, а это — днем».

Выслушал его раввин и постановил: «Поезжай утром! Пусть ты лучше во время продажи гусей будешь все время думать о молитве („Ой, я еще не молился“), чем будешь думать во время молитвы о гусях».

Живые и мертвые книги

Однажды вошел р. Шнеур-Залман Горелик в дом к одному из жителей Кфар-Хабада. Он посмотрел на книжный шкаф в доме и сказал хозяину дома: «В твоем доме невозможно говорить молитву „Алель“». Поразился хозяин дома словам раввина и спросил с удивлением: «Почему?»

Улыбнулся р. Горелик и сказал: «В Гмаре, трактате Рош а-Шана спрашивается, почему в Рош а-Шана не читают „Алель“, ведь это также и начало месяца Тишрей? И отвечается в Гмаре: книги жизни и книги смерти открываются в этот день — а вы просите сказать „Алель“?!» «И когда я смотрю в ваш книжный шкаф, — продолжил рав Горелик, — и вижу вперемешку живые книги (святые книги) и мертвые книги (будничные книги) — то не могу не сказать, что здесь нельзя молиться „Алель“».

Для меня и для тебя

Однажды появился р. Пинхас Альтгойз в компании туриста из Америки в доме раввина Шнеур-Залмана Горелика. Турист рассказал раввину, что в молодости учился в йешиве.

По прошествии некоторого времени сказал ему раввин: «У меня есть касса для пожертвований на добрые дела для жителей Кфар-Хабада. К сожалению, нет в кассе достаточно денег для всех жителей. Может ты тоже пожертвуешь что-то в эту кассу?»

Ответил ему турист: «Я уже пожертвовал в этом моем визите достаточно денег», — и в доказательство своих слов он вытащил из кармана толстую пачку чеков и сказал: «Вот, на синагогу пожертвовал! На йешиву — тоже дал! Сколько можно доить одну корову?..»

Рав Горелик был очень мудрым евреем. Он ответил так: «Ты сказал, что в молодости учился в йешиве. Наверняка ты помнишь закон про отделение десятины от скота: всех телят, которые родились на протяжение года загоняют в загон и выпускают через узкое отверстие, при этом считая их. Каждого десятого теленка помечают красной краской, чтобы знать, что он — десятина Всевышнему. И задается вопрос в Гмаре: „Какой закон, если ошиблись в счете и посчитали девятого десятым или десятого — одиннадцатым?“ На первый взгляд, — сказал рав Горелик, — зачем вообще делают так? Ведь можно сделать все намного проще: посчитать всех телят. Если есть сто — отделяют десять на маасер, есть 250 — так отделяют 25. И тогда не будет никаких ошибок при счете!»

Спросил турист: «Действительно! Почему на самом деле не делают так?»

Улыбнулся рав Горелик широкой улыбкой и объяснил: «Очень просто! Если сказать кому-то: «Дай 25 телят на десятину» — он сразу же испугается. Но если он считает: один — мне, второй — мне, третий — мне, четвертый — мне и только десятый — Всевышнему, то ему будет намного легче отделить десятину».

«Но почему вы рассказывает мне это?», — удивился турист.

Ответил ему рав Горелик: «Потому что ты показываешь мне только то, что ты дал. Может, лучше покажешь мне свой счет в банке».

Улыбнулся турист с удовольствием, вытащил свой кошелек и оставил раввину солидную сумму денег.

Поддержите сайт www.moshiach.ru
Ошибка в тексте? Выделите ее и нажмите Ctrl + Enter
Библиотека » Хасидские рассказы (другие статьи):