О моем соседе Йоси и посланниках Сохнута...

Сказочный город Багдад... Аладдин, Али-Баба, Багдадский вор, наконец... Мой сосед Йоси родился в Багдаде, жил там до 7 лет, а в 1951 переехал со всей семьей в Израиль.

Евреям в Ираке жилось очень неплохо. Они занимали важные посты в государстве (видимо, арабские правители с удовольствием пользовались еврейскими мозгами), и плюс к этому имели полностью автономную систему образования и воспитания. Жили они в прекрасном, обустроенном районе Багдада. Вся община жила в одном месте. Дома были добротные, сгруппированные в отдельные дворы. Один дом — на одну семью. Полукруг из домов замыкался арочными воротами. Выходя из дома, дети попадали не на улицу, а во двор, где могли совершенно безбоязненно играть. Весь этот пасторальный пейзаж завершался отношениями внутри общины. Все было построено на взаимном доверии и уважении. Если кто-то давал слово, то он его держал — община являлась гарантом. Денежные отношения были такими же: деньги брались в долг и возвращались под честное слово. Вся эта прелесть может быть выражена двумя словами: евреи процветали в Ираке вообще, и в Багдаде в частности.

В какой-то момент в Ираке сильно активизировались посланцы Сохнута. Они ходили по домам и убеждали евреев ехать в Израиль. Израилю нужны были люди и деньги. Люди — чтобы воевать и строить, деньги — для той же цели. Понятное дело, что иракские евреи ехать не хотели. Да и кто поедет от налаженного быта, полного достатка и самореализации в пустыню и бараки, на тощие хлеба едва родившегося государства? Но, чтобы выполнить свой долг по отношению к Эрец Исраэль, вожди общины обязали каждую семью выкупить клочок земли в Израиле. Повинность распределялась централизовано: эта семья купит столько-то, а эта — столько-то. Треть земель, сегодня принадлежащих Керен Каемет, была куплена евреями Ирака.

К несчастью (или к счастью — ведь Саддам Хусейн-то все-таки был) для багдадских евреев, у посланников Сохнута тоже были еврейские мозги. А значит, они не сидели без дела. И вот, начались какие-то антиеврейские провокации и даже мелкие теракты. Кто стоял за этими провокациями и терактами — неведомо, но все евреи из Ирака знают: «это был слоненок». В общем, как бы там ни было, но после очередного взрыва в еврейском общинном центре вопрос встал ребром: ехать или не ехать. Община решила — ехать.

Что происходит, когда вся община снимается с места, чтобы ехать в Землю Обетованную? Правильно, все начинают распродавать недвижимость и другое имущество. Сегодня вырученные деньги были бы напрямую вложены в банк, а тогда банк был английский и был он далеко. А поэтому нужны были пути для перевода этих денег в тот далекий банк. Само собой, ушлые посланцы Сохнута немедленно предложили евреям Багдада свои услуги.

А вот здесь-то и начинается самое интересное. Деньги давались этим достойным людям по обычаям иракской общины, то есть — под честное слово. Никому не приходило в голову, что в Святой Земле другие порядки, а потому мало кто озаботился документацией. Надо ли говорить, что по приезде в Израиль в 1951 вся община обнаружила, что они — нищие. Более того, что на них смотрят, как на деревенских дурачков, фраеров и шлимазлов, которые не знают, откуда деньги растут.

Потом было много трудностей. Была работа, тяжелая и радостная. Он не жаловался. Когда вырос, стал по возможности помогать своим старшим родственникам, которым израильские реалии давались с трудом.

Так, среди прочего он помогал выяснить, что сталось с куском земли, купленной одним его престарелым родственником в Бейт-а-Керем еще из Ирака. Йоси пошел в табу, в городские архивы и в прочие релевантные места. Везде он получал один и тот же ответ: документы потеряны. Предлог только был разный. Где-то документы потеряли из-за наводнения, где-то — из-за пожара. В самом табу запись была. Естественно, на имя другого человека. Невооруженным взглядом было видно — прежняя запись была стерта, а на ее место вписана другая.

Вероятно, если бы его родственник обратился бы к адвокату, заплатил бы ему немалую сумму, то может быть, чего бы и вышло. А может быть, вышли бы одни только неприятности. Ведь началось бы расследование, дело о подделке попало бы в полицию, а кто знает, какие большие и уважаемые люди имели к этому делу отношение и кто получил хорошие деньги за дома, теперь стоящие на том участке? Так что, наверное, правы были Йоси и его родственник, бросив искать правду — могло бы выйти сильно себе дороже.

Йоси не жалуется. Всю жизнь он проработал в системе образования. Начинал учителем, дорос до директора, много лет работал в школах в разных концах страны. Не выбирал — ехал, куда посылали. Вообще, он идеалист, этот Йоси. И просто очень хороший человек. Поэтому он не держит обиду ни на кого. Он просто излагает факты так, как они виделись ему.

Честно говоря, его рассказ в очередной раз всколыхнул во мне старые вопросы, которые никак не решаются с самого моего приезда в Израиль. Догадываюсь, что кому-то эти вопросы покажутся неэтичными или даже обидными. Но я все равно скажу: евреи, что же это такое? Как это может быть, что вы гадите сами на себя? Почему? Слепые вы, что ли? Или вам на все наплевать? Наплевать на себя, на своих детей? Посмотрите вокруг — ведь все, все нынешние проблемы Израиля не из-за арабов, а из-за вас самих! Почему бы вам не стать честнее самим с собой? Перестаньте торговать собой, своим домом!

Кто-то мне скажет: торгуют одни, а страдают другие. На первый взгляд это так. Но ведь народ Израиля — единое целое. Посланец Сохнута, присвоивший чужие деньги, Ольмерт, продающий Иерусалим за еврейскую кровь, руководители совета поселений, давшие легитимацию изгнанию евреев из Гуш-Катифа — с одной стороны, а с другой — сосед Йоси, пропавшие йеменские детишки, «жертвы мира», погибшие или оставшиеся инвалидами во взорванных 14-м и 18-м Иерусалимских автобусах, изгнанники Гуш-Катифа и много, много кто еще.

Они — две стороны одной монеты, и никак мне не понять, каким образом из одного и того же корня растет самая чистая святость и самые грубые и подлые цинизм и эгоизм.